Сработает ли американское предложение «перезагрузки»?

В феврале администрация Обамы послала секретное письмо в Москву, в котором, по сообщениям, предложила отказаться от разработанных при его предшественнике планов противоракетной обороны в Европе в обмен на более конструктивную роль России в том, что касается ядерной программы Ирана. Кремль радостно прикарманил это предложение, но не дал твердых обязательств по поводу нажима на Тегеран. Итак, что же Россия на самом деле думает об Иране и его ядерных амбициях?

В Вашингтоне давно уже стало общепринятой точкой зрения, что партнерство между Россией и Ираном прочно и становится все прочнее. Для такой посылки существуют серьезные основания. Москва уже годами была и является ключевым стратегическим союзником Исламской республики и передает ей атомные технологии. Плоды такого сотрудничества сейчас уже болезненно очевидны. Если все пойдет, как планируется, говорят иранские должностные лица, построенный русскими реактор на плутонии в южном иранском городе Бушер вступит в строй к концу этого года. Как только это произойдет, они не делают тайны из того факта, что надеются уговорить Россию на строительство нескольких дополнительных ядерных предприятий.

По крайней мере публично Москва не имеет ничего против этой идеи. Те, кто принимает решения в Кремле, начиная с президента Медведева и ниже, подтвердили свою поддержку иранским ядерным «правам» и отвергли как несерьезную озабоченность Запада, что ядерные программы Исламской республики направлены, в конечном счете, на разработку оружия.

Но это не обязательно означает, что российское правительство рассматривает иранский режим как дружелюбный, или что его приверженность Тегерану абсолютна. В прошлом ряд видных российских государственных деятелей и экспертов пошли против склонности Кремля, предостерегая об опасности, связанной с приобретением иранскими аятоллами ядерного оружия. Среди них самой заметной фигурой является Евгений Велихов, секретарь Общественной Палаты и лицо, приближенное к Владимиру Путину. В апреле 2007 года он предупредил: «Очень важно, чтобы Иран не приобрел ядерного оружия… Если Иран приобретет ядерное оружие, это произведет резко негативный эффект на безопасность всего мира».

В последнее же время тревогу бьет генерал-майор Владимир Дворкин. На конференции в Москве ранее в этом месяце генерал Дворкин (бывший важный член советской делегации на переговорах по контролю над вооружениями, сейчас возглавляющий Центр стратегических ядерных сил) показал, что «Иран активно работает над программой по созданию ракет» и предостерег, что растущий запас баллистических ракет Исламской республики «по всей вероятности, сможет угрожать всей Европе» в ближайшем будущем.

Но наиболее серьезная опасность, по словам генерала Дворкина, заключается в том, что Тегеран может сочетать эту способность со своей растущей ядерной программой, что приведет к важным геополитическим последствиям: «Настоящая угроза заключается в том, что Иран, уже игнорирующий все резолюции Совета безопасности ООН и наложенные им санкции, станет практически «неприкасаемым», приобретя статус ядерной державы, и сможет расширить свою поддержку террористических организаций «Хамас» и «Хезболла».
Что эксперты в России все больше осознают потенциально дестабилизирующие последствия приобретения Ираном ядерного статуса, едва ли может удивить. Расположенная географически ближе к Ирану, их страна уже находится в пределах доступности все более сильного стратегического арсенала Тегерана. Должностные лица в Москве остро осознают, что Иран сможет играть гораздо более дестабилизирующую, чем сейчас, роль на Востоке в целом, включая бывшие советские республики Средней Азии.

Удивительно, что Соединенным Штатам и их союзникам пока не удалось преобразить эти тревоги в реальный конструктивный диалог с Кремлем об общей угрозе для обеих стран, которую представляет нынешний режим в Тегеране.

Направленные Москве президентом Джорджем Бушем инициативы по данному вопросу носили более процедурный, чем политический характер, воздерживаясь от серьезного вовлечения лидеров России в решение таких вопросов международной безопасности, которые имели важное значение для них.

Сегодня планы администрации Обамы «нажать на кнопку «перезагрузки» в американо-российских отношениях сосредоточились на некоторых из этих тактических областей, среди них новые переговоры по контролю над вооружениями и большие усилия по стабилизации Афганистана.

Однако, на более широком стратегическом уровне, Вашингтону не удалось убедить Москву, что прочное сотрудничество в этих и других областях может появиться лишь в случае достижения договоренности по Ирану. Если и когда это произойдет, Белый дом и Кремль могут обнаружить, что у них немало общих интересов, которые стоит обсудить.

Айлен Берман является вице-президентом Американского Совета по внешней политике в Вашингтоне по политическим вопросам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>