Аналитика: Российский ответ на угрозы Ирана

Текст Джона Хьюза, бывшего редактора газеты «The Monitor», бывшего помощника госсекретаря в администрации Рейгана. Джон является профессором международных отношений университета Brigham Young University.

Несколько месяцев назад, на небольшом частном обеде, бывшему советнику национальной безопасности Бренту Скоукрофту, одному из видных представителей внешней политики США, был задан вопрос о проблеме Ирана. «Вопрос Ирана не может быть решен…», — ответил он, — «без России».

Это обязательно должен был слышать кто-то из администрации Обамы.

Все признаки указывают на то, что в обмен на давление России на Иран в вопросах отказа от военной ядерной программы Белый Дом Обамы будет обязан отказаться от ПРО, проекта Белого Дома Буша, который планировалось построить у порога России.

Русские с самого начала отрицательно отнеслись к проекту по размещению ракет в Польше, Чехии, а также других опасных с точки зрения нападения на Россию мест. Однако администрация Буша утверждала, что этот проект предназначен для обороны от потенциальных иранских ракет, и не создает угрозы для России.

В своей речи в Мюнхене, в начале этого месяца, вице-президент Джо Байден предложил США переговорить с русскими по поводу этого проекта. Госсекретарь Хиллари Клинтон заявила, что США «пересмотрит место дислокации» баллистической противоракетной обороны, если Иран сократит свою военную ядерную программу.

В своем интервью с телеканалом Аль-Арабия президент Обама заявил: «Если такие страны, как Иран разожмут свои кулаки, то они увидят нашу протянутую руку».

Так что вопрос в настоящее время в том, готова ли Россия помочь разжать иранский кулак. У России есть особые рычаги воздействия из-за тесных экономических и военных связей с Ираном. Москва способствовала Тегерану в якобы мирной ядерной программе. Важно не упустить время : чтобы отметить 30-ю годовщину иранской революции в начале этого месяца, Иран запустил в космос ракету Сафир-2, которая, по-видимому, является версией Шахаб-3, способной нести ядерные боеголовки.

Некоторые американские военные аналитики считают, что проект противоракетной обороны в Польше и Чехии сомнительный и с самого начала неоправданно провокационный для россиян. Если Иран воздержится от разработки ядерного оружия, и предложит убедительные доказательства этого, то система ПРО будет вообще не нужна.

Российские намерения всегда трудно понять. Уинстон Черчилль около 70 лет назад назвал Россию непонятной ему страной-загадкой. С тех пор вещи не сильно изменились и в настоящее время отношение России к США это мрачная смесь увертюр и воинственности. В то же время сквозь существующую завесу подозрительности Москвы по поводу американцев были видны намеки о готовности сотрудничать с администрацией Обамы.

Однако, Москва способствовала закрытию американской военной базы в Киргизстане, которая имела большое логистическое значение для войны в Афганистане. Москва планирует создать черноморские и воздушные базы в Абхазии, после оплакиваемого Америкой российского вторжения в Грузию. Также странным кажется столкновение российского и американского спутников над Сибирью.

Российская душа часто склонна к меланхолии, и режим Путина-Медведева переживает по поводу потери Россией империи, и теперь некогда зависимые государства откололись и смотрят в сторону Запада и свободы. Россия также болезненно осознает, что уже пережила тот период своей истории, когда она была военной супердержавой. Кроме того, существует страх, что даже нефтяные богатства России эфемерны, так как мировые цены на нефть пошли на спад. Это новообретенное чувство неполноценности делает российское руководство гиперчувствительным к реальным или мнимым проявлениям пренебрежения и неуважения.

Так может ли Россия проявить то, что осталось от ее значительного влияния на Иран и свернуть его военную ядерную программу? Россия не имеет никакого желания видеть, как Иран становится ядерной державой на Ближнем Востоке. Но какой должна быть цена, чтобы Россия потратила свой политический капитал и не допустила этого. Остается вопрос, будет ли отменен американский противоракетный проект в Восточной Европе.

Кроме того, остается вопрос и того способны ли хитрые русские на такой дипломатический успех с еще более хитрыми иранцами.

В меняющемся мире, когда сокращается и наращивается военная мощь, а партнерства и альянсы перестраиваются, Иран должен определиться, каким государством он хочет быть. Снижение цен на нефть сделали иранскую экономику уязвимой. Люди встревожены и уже зафиксированы случаи демонстрации на улицах. Июньские выборы угрожают действующей власти, в то время как решения президента Махмуда Ахмадинежада, чье представление о внешнем мире бросает вызов рациональности и чьи обещания сильной экономики в стране провалились, оспариваются бывшим президентом и реформатором Мохаммадом Хатами.

Хочет ли Иран быть региональным ядерным задирой, привязанным к архаичной интерпретации ислама, или он станет прогрессивным государством, мобилизирующим способности своего талантливого народа, чтобы занять достойное место в сообществе мировых государств?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>